Самец пускает свои медленные чары.
Самка медленно раскрывается.
Мне нравится, нравится.
Два жучка.
Минди раскрывается, влажнеет.
Она прекрасна.
Я влез на нее.
И засунул, прижавшись ртом к ее рту.
Мы пили весь день, и в тот вечер я снова попытался заняться с Минди любовью.
Меня поразило и привело в замешательство, когда я обнаружил, что у Минди крупная пизда.
Сверхкрупная просто.
Прошлой ночью я этого не заметил.
Трагедия. Величайший порок женщины.
Я вс трудился и трудился.
Минди лежала так, будто ей это нравится.
Я молился, чтобы это оказалось правдой.
Меня прошиб пот.
Заболела спина.
Вс поплыло перед глазами, тошнило.
Пизда же ее, казалось, становилась все больше.
Я ничего не чувствовал.
Как будто пытаешься выебать большой и просторный бумажный кулек.
Я едва соприкасался со стенками ее влагалища.
Агония, упорная работа без малейшей награды.
Я чувствовал себя гнусно.
Мне не хотелось ее обижать.
Я отчаянно хотел кончить.
Дело не только в пьянстве.
Пьяным я работал получше многих.
Я слышал собственное сердце.
Я чувствовал его.
Я чувствовал его у себя в груди.
Я ощущал его в горле.
Я ощущал его в голове.
Я не мог этого вынести.
Я скатился с нее, хватая рот воздух.
Прости меня, Минди, Господи Иисусе, мне очень жаль.
Все в порядке, Хэнк, - ответила она.
Я перевернулся на живот.
От меня несло потом.
Я встал и налил в два стакана.
Мы сели в постели и выпили, бок о бок.
Я не мог понять, как мне удалось кончить в первый раз.
У нас проблема.
Вся эта красота, вся эта доброта - а у нас проблема.
