Им понадобилось почти целиком выпотрошить "башню". На починку ушло 8 дней.
В этот период я вернулся к печатной машинке.
Равносильно раскалыванию камня ребром ладони.
Пришлось учиться заново.
Навостриться и поддать для куражу.
И опять-таки: ночь - писать, другая - править.
Но и машинке я был рад.
Нас связывали 50 лет.
Когда я принес назад компьютер, мелькнула тень сожаления по поводу машинки, вновь занявшей место у стены.
Но я сел за агрегат, и слова понеслись, как стая шизанутых птиц.
И никаких больше синих вспышек и стираемых страниц.
Все шло куда лучше.
Испражнившийся кот в итоге все разрулил.
Только теперь, покидая компьютер, я накрываю его большим полотенцем и закрываю дверь.
Да, это был мой самый продуктивный год.
Хорошего вина без выдержки не бывает.
Я ни с кем не состязаюсь, не имею и понятия о бессмертии и чхать на него хотел.
